Неизбежность будущего - возможны варианты

Неизбежность будущего - возможны варианты

Как повысить уровень готовности страны к информационному развитию

«Российская газета» - Федеральный выпуск №5326 (247) от 1 ноября 2010 г.

На недавнем Ярославском форуме Д. Медведев дважды повторил мысль о том, что собственно модернизация уже перестала быть предметом дискуссии. Дискуссии возникают лишь по поводу ее темпов, ее широты, по поводу средств, методов и институтов. Нужно сказать, что и эти дискуссии в некоторой степени условны - уверен, что против реальных модернизационных мер вряд ли станут возражать многие, независимо от собственных взглядов и концепций.

Это хорошо показала упомянутая беседа с политологами на том форуме. Вопрос о «модернизаторах», о тех силах, которые могут и должны модернизацию осуществлять, вставал неоднакратно.Президент сказал, что видит в этом качестве весь наш народ. Сказал, что ничего не получится, если люди сами не почувствуют тягу к тому, чтобы измениться, поменять окружающие условия, изменить экономику, социальную среду, политическую систему. Думаю, что это совершенно справедливо. В первую очередь - в отношении тех, кто осуществляет «технические» решения в процессе модернизации, в отношении чиновничества всех уровней - но и к бизнесу, и к обществу, ко всякому российскому обывателю это тоже относится в полной мере.

Нынешняя российская модернизация отличается от всех предыдущих тем, что в ней не может быть проигравших. Она не может проводиться за счет одних социальных групп в пользу других, как, к примеру, индустриальная модернизация межвоенного времени, осуществленная за счет крестьянства. Сейчас ресурсов такого рода у нас просто нет, да и цели совершенно иные. Тех, кто отстаивает разного рода «китайские» варианты, с модернизацией для миллионов силами десятков и сотен миллионов, не подводит историческая память (да, сами они с очевидностью оказались бы в «элитной» части), но подводит смутное видение национальных задач и переоценка организационных мощностей. Законсервировать общество в «органическом» и «самобытном» состоянии на относительно долгий период времени, может, и удалось бы. Заставить его работать на процветание «модернизированного авангарда» - вряд ли. Такой источник развития еще менее стабилен, чем мировые цены на нефть.

Реалии информационного общества, которые в последние два десятилетия все активнее входят в нашу жизнь - это одна из главных составляющих той самой модернизационной среды. Именно в этой сфере наиболее явно ощущается бесперспективность идеи «сырьевой империи», страны, которая может занимать сколь-нибудь достойную позицию в мировом разделении труда лишь благодаря природным ресурсам (и вопреки человеческим). Каждый становится «благополучателем» информационного общества именно в той мере, в какой в нем развиты свойства человека будущего - чувство свободы и чувство ответственности, инициативность и стремление к постоянному расширению знаний.

Но равные исходные возможности и здесь могут быть обеспечены только при участии государства. Государства как одного из инициаторов и регулятора процессов информатизации.

Институт современного развития - прямой наследник Центра развития информационного общества, созданного в 2003 году по инициативе академического сообщества и «профильных» органов исполнительной власти. В минувшие два с половиной года эта тематика по-прежнему оставалась в центре нашего внимания; хотя бы в силу того, что является одной из главных и для перечня задач современного развития России.

С этой деятельностью связано одно наблюдение методологического плана. Неизбежной редакторской рутиной при работе с материалами, относящимися к государственным мерам в сфере инфокоммуникационных технологий (ИКТ), остается замена формулировки «развитие информационного общества» на «содействие развитию» (а в наиболее корректном виде, «содействие вхождению России в глобальное информационное общество»).

Информационное общество, так или иначе, уже многие годы становится для нас все более ощутимой реальностью. Участие государства не являлось и не является здесь обязательным условием; оно лишь влияет на формы новой реальности. Процесс будет продолжаться, даже если государство совершенно устранится от этих вопросов.

Правда, продолжаться он будет не для всех и не во всем. Первым делом нам придется забыть мечты, связанные с «электронным государством», где ИКТ не только «облегчают пользование» им для граждан (в части сбора и получения разного рода документов и проч.), но и дают полный инструментарий, чтобы недостаточно эффективное государство привлечь к ответу.

Не могут широко развиваться без государственного содействия «электронная медицина» и «электронное образование» (из относительно успешных образцов такого содействия можно вспомнить работу по обеспечению выходом в Интернет отечественных средних школ).

Долго не придут ИКТ в малоперспективные для бизнеса регионы и к «малоперспективным» социальным слоям.

Никогда не будет создана та модернизационная среда, о которой шла речь выше. И на уровне министерств, и на уровне регионов мы можем найти немало примеров по-настоящему активной, разумной и эффективной работы в сфере информатизации. Однако недостаточная межведомственная координация, отсутствие взаимодействия между регионами на стадиях подготовки и реализации местных стратегий и программ, дефицит возможностей для воздействия на государственные органы со стороны экспертного и научного сообщества, а также откровенный чиновничий саботаж становятся причиной того, что обратные примеры пока, пожалуй, преобладают.

Для преодоления этих препятствий и был создан Совет при президенте Российской Федерации по развитию информационного общества. В рамках Совета повели постоянную работу десять межведомственных рабочих групп: по вопросам формирования национальной телекоммуникационной инфраструктуры и обеспечения доступности современных инфокоммуникационных услуг; по вопросам развития национальной ИТ-промышленности; по вопросам формирования электронного правительства; по использованию ИКТ в образовании и науке; в системе здравоохранения и социальной защиты; в культуре; для обеспечения безопасности жизнедеятельности; по национальной информационной безопасности; по развитию индустрии суперкомпьютеров и их применению в промышленности; по вопросам сокращения различий в уровне информационного развития между субъектами Федерации.

Насколько успешной стала деятельность Совета к нынешнему рубежу? Думаю, что отдачу отрицать невозможно. Появился сводный ИТ-бюджет. Региональные стратегии развития, представленные в нынешнем году, выглядят много серьезнее большинства прежних «самодеятельных» разработок. «Фактор Совета» значительно инициировал внедрение единых информационных систем в медицине и образовании.

Все ближе, однако, та дата, которая была намечена в феврале 2009 года Д. Медведевым, так определившим на первом общем заседании Совета его главную задачу: «...несмотря на кризисные сложности... уже в ближайшие два года создать информационные и институциональные предпосылки для интеграции в глобальное информационное общество».

Критерии соответствия при такой формулировке, конечно, несколько размыты. И все-таки уже в самом скором времени нам придется ответить, смогли ли мы радикально повысить уровень готовности своей страны к информационному развитию. Пока вопрос остается открытым.